1-2-3-4-5-6-7
Глава 14
Теперь, когда мы взошли вместе со старым художником
Подробнее >>
Словарь >> на последние вершины его творческого пути, пришла пора поискать ответ, откуда же он взялся, этот феномен, почти самоучка, какие родники питали его творчество
Подробнее >>
Словарь >>, на какой почве он вырос?
Современники дружно называли Венецианова русским Теньером. Его произведения были отнесены всего лишь к «приятному роду живописи
Подробнее >>
Словарь >>, изображающей разные домашние и народные увеселения». Воейков, искренне симпатизировавший художнику
Подробнее >>
Словарь >>, настойчиво рекомендовал ему заняться мило-развлекательными сюжетами
Подробнее >>
Словарь >> в духе Тенирса. А. Бенуа
Подробнее >>
Словарь >> полагал, что в лучших картинах Венецианов «прямо приближается к тонкости и гармонии
Подробнее >>
Словарь >> старых голландцев».
Конечно, Венецианов смотрел на жизнь и искусство
Подробнее >>
Словарь >> широко открытыми глазами. В ту пору в Эрмитаже
Подробнее >>
Словарь >> было несколько сот произведений голландской и фламандской школ. Общее впечатление
Подробнее >>
Словарь >> от этой линии в истории искусства
Подробнее >>
Словарь >> не могло пройти совсем бесследно. Отчасти дух искусства
Подробнее >>
Словарь >> этих школ имел отзвук в творчестве
Подробнее >>
Словарь >> русского мастера
Подробнее >>
Словарь >>. Но лишь далекий отзвук, лишь отдаленные ассоциации. Сам Венецианов никогда в Эрмитаже
Подробнее >>
Словарь >> не копировал ни голландцев, ни фламандцев. Он изучал, копируя, Рафаэля, Ван Дейка, Рубенса. Что касается до Давида Тенирса Младшего, то его развлекательные жанры, в которых фигурки крестьян играют роль стаффажа, бесконечно далеки от творчества
Подробнее >>
Словарь >> Венецианова. Общее у них лишь одно: жизненный материал искусства
Подробнее >>
Словарь >> обоих — крестьяне. Внутреннего мира своих героев Тенирс и не касался, его сценки идилличны, откровенно пасторальны. Не случайно своей приятной облегченностью они были так по душе бюргерам. В них нет ни критики
Подробнее >>
Словарь >> пороков, как у Броувера, учителя Тенирса, ни венециановского сопереживания своим героям, восхищения ими. Придворный живописец
Подробнее >>
Словарь >> и камергер двора правителя Нидерландов, Тенирс — бесхитростный описатель деревенских праздников, крестьянских свадеб, трактирных драк.
Вот что еще было бесконечно чуждо Венецианову в творчестве
Подробнее >>
Словарь >> мастеров
Подробнее >>
Словарь >> голландской и фламандской школы — их тяга к острохарактерному, гротескному. Вспомним для примера хотя бы такого выдающегося мастера
Подробнее >>
Словарь >>, как Питер Артенс. Казалось бы, в своих крестьянских жанрах он стремился к изображению
Подробнее >>
Словарь >> веселых сцен, воспевая изобилие плодов земли, беспечальное бытие своих героев. Но сами-то герои у него почти всегда недвижны, принижены, скованы. Их тела худы и неловки в движениях
Подробнее >>
Словарь >>, их лица иссечены глубокими морщинами. Неприглядные, некрасивые, покорные судьбе, эти люди являют собой скорее дегероизацию крестьянина, в противоположность возвышенной героике образов
Подробнее >>
Словарь >>, созданных Венециановым.
Венецианов преклонялся перед мастерами
Подробнее >>
Словарь >> совсем иного рода. Помимо тех, кого он копировал, он называет Рембрандта, Тициана, Перуджино, Микеланджело, Пуссена. И еще — на это как-то никто прежде не обращал внимания — он говорит о французских «scene de societe». Кого, что он мог иметь в виду? Слащавая назидательность Ж.-Б. Греза была ему чужда в высшей степени. Но вот сравнительный анализ творчества
Подробнее >>
Словарь >> Венецианова и замечательного
Подробнее >>
Словарь >> французского мастера
Подробнее >>
Словарь >> Ж.-Б. Шардена обнаруживает просто поразительную близость мироощущения
Подробнее >>
Словарь >>, духовного мира, человеческих качеств, наконец, творческого метода обоих художников
Подробнее >>
Словарь >>. Шарден умер за год до рождения Венецианова. На глазах последнего шел процесс общественного постижения искусства
Подробнее >>
Словарь >> выдающегося мастера
Подробнее >>
Словарь >> того направления, которое получило тогда во Франции наименование «живописи
Подробнее >>
Словарь >> реального мира».
Поставим в воображении рядом автопортрет
Подробнее >>
Словарь >> Шардена и автопортрет
Подробнее >>
Словарь >> Венецианова. Какая поражающая родственность! В обоих отсутствует самолюбование, поза, попытка придать своему облику вес, значительность или загадочность. В обоих нет ни нарядной красочности, ни многоговорливых деталей
Подробнее >>
Словарь >>. В обоих главное внимание обращено на духовный мир мыслящей личности. Цветовая гамма
Подробнее >>
Словарь >> здесь и там скупа, хочется сказать — серьезна. С обоих автопортретов
Подробнее >>
Словарь >> на нас смотрят люди сходного характера: стойкие и прямодушные, убежденные в правоте избранного ими пути в жизни и в творчестве
Подробнее >>
Словарь >>. Помимо сказанного, Шарден и Венецианов удивительно похожи друг на друга. И внешностью, и внутренней сутью, в ней выраженной. Им обоим свойственно углубленное созерцание реального мира, мира простых людей, их каждодневных занятий, их вещей. Шарден, как и Венецианов, почти не пользовался подготовительными рисунками
Подробнее >>
Словарь >> и эскизами
Подробнее >>
Словарь >>. Оба предпочитали писать прямо с натуры
Подробнее >>
Словарь >>, прежде долго и вдумчиво компонуя, переставляя людей и предметы в самой действительности, ища не только равновесия масс, но и цветовое единство. Как и для Венецианова, работа с натуры
Подробнее >>
Словарь >> для Шардена — боевой лозунг. Оба созревали долго: оба обрели мир своих героев примерно к пятидесяти годам. Для обоих характерна манера
Подробнее >>
Словарь >> письма маленькими мазочками, ибо тот и другой стремились добиться реального цветового тона
Подробнее >>
Словарь >> сочетанием нескольких отдельных красок
Подробнее >>
Словарь >>. Шарден признавался современниками великим мастером
Подробнее >>
Словарь >> pate, то есть красочного «теста», «месива», Бенуа
Подробнее >>
Словарь >> и его единомышленники более прочего ценили в Венецианове как раз это свойство, употребляя в суждениях о Венецианове этот же французский термин — pate. И Шарден, и Венецианов владели в полной мере редким даром преображать обыденность в высокую поэзию. Оба, француз и русский, получили звание академика за «низкий» род живописи
Подробнее >>
Словарь >> — один за натюрморт, другой за портрет.
И того и другого увлекали теоретические проблемы искусства
Подробнее >>
Словарь >>. Оба решали свои живописно-пластические, образные задачи, осмысляя и скопленный веками опыт, и результаты собственных исканий и экспериментов. Оба всю жизнь почти целиком прожили бок о бок с главными своими героями — Шарден на окраине Парижа
Подробнее >>
Словарь >>, где селились по преимуществу люди третьего сословия, Венецианов — в Сафонкове. Даже «география» их жизни схожа: Шарден почти не покидал Парижа
Подробнее >>
Словарь >>, кроме кратких наездов в Фонтенбло и Руан, Венецианов, за исключением двух поездок к родным в Ставрополье, знал одну постоянную дорогу: Петербург — Сафонково и обратно. У Венецианова главные герои — крестьяне. У Шардена — мелкие буржуа. Оба умели найти в простых людях красоту
Подробнее >>
Словарь >> и достоинство, высокую нравственность и чистоту. В портретах
Подробнее >>
Словарь >> оба предпочитали изображать жену, друзей и их детей; портретов
Подробнее >>
Словарь >> парадных, заказных почти не делали. Обоим нравилась техника пастели
Подробнее >>
Словарь >>, с той лишь разницей, что Венецианов был к ней пристрастен в молодые годы, а Шарден в старости. Бытовые сцены Шардена «Хозяйка», «Прачка», «Разносчица», «Кухарка» полны живой непосредственности. А его «Трудолюбивая мать» разительно схожа с венециановским «Утром помещицы». Обе картины
Подробнее >>
Словарь >> близки по сюжету
Подробнее >>
Словарь >>: в одной мать раздает дочкам задание мотать шерсть, в другой — помещица распределяет меж крестьянками лен для чесания волны. Обеим картинам присуща скромность обстановки. Даже зеленая ширма есть тут и там. Но главное, что сближает бытовые сцены мастеров
Подробнее >>
Словарь >>,— умение по-новому взглянуть на примелькавшееся, опоэтизировать мелкие события обыденности, возвести их в «перл создания», открыть в мерной смене похожих друг на друга дней такую возвышенную красоту
Подробнее >>
Словарь >>, о существовании которой до них мало кто и подозревал.
Предшественником Шардена в «живописи
Подробнее >>
Словарь >> реального мира» был замечательный французский живописец
Подробнее >>
Словарь >> Луи Ленен. В его картинах — как у Шардена, как у Венецианова — господствует возвышенная атмосфера, гармонично сочетающаяся с жизненной правдой характеров, движений
Подробнее >>
Словарь >>, жестов, картин
Подробнее >>
Словарь >> природы. Как у Венецианова, у Ленена отсутствует бурное движение, динамика, не склонен он и к повествовательному началу, к попыткам временного развития сюжета
Подробнее >>
Словарь >>. Он тоже выбирал из потока мелькающей перед глазами повседневности состояния устойчивые, длительные, рождавшие замедленно-размеренные ритмы композиции
Подробнее >>
Словарь >> его картин
Подробнее >>
Словарь >>. Ленен счастливо избегал поверхностной, столь свойственной тому же Тенирсу, идиллической сельской экзотики. Его крестьяне — люди до величавости спокойные, сдержанные в проявлении чувств, редко улыбающиеся, торжественно вершащие свои простые и вечные дела. И самое, пожалуй, главное, что заставляет нас, глядя на творения Венецианова, вспомнить и Ленена,- та возвышенно-поэтическая тональность, с которой оба утверждали высокую нравственную основу крестьянского труда, крестьянской жизни, неразрывно, извечно и навсегда связанной с родной землей.
Близость, ясно видная в творчестве
Подробнее >>
Словарь >> Шардена и Венецианова, не исчерпывается вышесказанным. Шарден не только не любил — он терпеть не мог многоцветья. Венецианов призывал учеников ограничивать свою палитру
Подробнее >>
Словарь >> и утверждал, что «цветность не колорит». Оба любили изображать детей и оба делали это с естественной непринужденностью, что не было свойственно искусству
Подробнее >>
Словарь >>, им современному. Произведения того и другого родились из чувства уважения, искреннего преклонения перед натурой
Подробнее >>
Словарь >>. «Пользуются красками
Подробнее >>
Словарь >>, но пишут чувством»,— любил повторять Шарден. Под этими словами мог бы подписаться и Венецианов. Приведем маленький отрывок из «Очерка о жизни Шардена» Ш.-Н. Кошена: «Вот, говорил он сам себе, предмет, который требуется изобразить. Чтобы передать его со всей правдивостью, мне нужно забыть все, что я видел, и даже ту манеру
Подробнее >>
Словарь >>, в которой этот предмет передавался другими». Вспомним, что Венецианов, приступая к работе над «Гумном», признавался, как ему мешал «манер», двенадцатилетним копированием в Эрмитаже
Подробнее >>
Словарь >> приобретенный. Шарден тоже всю жизнь обучал молодежь. Оба воспитывали будущих художников
Подробнее >>
Словарь >> в духе беспрекословного уважения к живой натуре
Подробнее >>
Словарь >>. Наконец, в силу новаторства, самобытности, в силу резкого отличия от общепринятых канонов
Подробнее >>
Словарь >> и Шарден, и Венецианов оказались в своем времени фигурами одинокими.
1-2-3-4-5-6-7